В сошедшей с ума вселенной,—

Как в кухне, среди корыт,—
Мы глохнем от диксилендов,
Парламентов и коррид.

Мы всё не желаем верить,
Что в мире истреблена
Угодная сердцу ересь
По имени "тишина".

Нас тянет в глухие скверы,—
Подальше от площадей,—
Очищенные от скверны
Машин и очередей.

Быть может, тишайший гравий,
Скамеечка и жасмин—
Последняя из гарантий
Спасти этот бедный мир...

Неужто, погрязши в дрязгах,
Мы более не вольны
Создать себе общий праздник—
Мгновение тишины?

Коротенькое, как выстрел,
Безмолвное, как звезда,—
Но сколько б забытых истин
Услышали мы тогда!

И сколько б "наполеонов"
Замешкалось крикнуть «пли!»,
И сколько бы опаленных
Не рухнуло в ковыли.

И сколько бы пуль напрасных
Не вылетело из дул.
И сколько бы дам прекрасных
Не выцвело в пошлых дур.

И сколько бы наглых пешек
Узнало свои места.
И сколько бы наших певчих
Сумело дожить до ста.

Консилиумы напрасны.
Дискуссии не нужны.
Всего и делов-то, братцы.—
Мгновение тишины.

Л. Филатов, 1972 г.