Если нельзя вернуть, то как возместить: эффективная защита…
Если нельзя вернуть, то как возместить: эффективная защита имущественных прав
Уважаемые коллеги, сегодня в рубрике «Успех адвоката» представляем вашему вниманию интересное и даже поучительное дело от адвоката АПМО Татьяны Ковалевой.
Начало истории:
В декабре 2022 года Александр С. потерял сына. В наследство ему осталась «двушка» в одном из городов Московской области и внедорожник Toyota Land Cruiser Prado 2006 года. Оценка показала рыночную стоимость: квартира — почти 3,4 млн рублей, машина — 1,6 млн. Александр С. проживал в другом регионе, поэтому, чтобы оформить бумаги, с декабря 2022 года по июнь 2023 года он выдал генеральную доверенность на вступление в наследство и последующую продажу имущества своему знакомому из Подмосковья; они также документально зафиксировали условие, что продавать нужно строго по рыночной цене.
Как далее развивались события?
В январе 2024 года на счет Александра С. пришли 1,47 млн рублей. Таким образом, выходило, что квартира, стоившая 3,4 млн, ушла за 1,35 млн. Автомобиль Prado, оцененный в 1,6 млн, был продан за 120 тысяч рублей. Более того, выяснилось, что знакомый продал имущество еще летом 2023 года, но полгода скрывал это от Александра, присылая фиктивные отчеты об оценке и рассказывая о «невостребованности» объектов.
Александр С. пошел в полицию, но уголовное дело о мошенничестве возбуждать не стали. Тогда Александр подал гражданский иск. Однако в июле 2025 года он скоропостижно скончался, и дело продолжила его вдова, Маргарита С.
К тому моменту квартира уже принадлежала 15-летней девочке (дочери очередного покупателя), а машина через цепочку из пяти перекупщиков оказалась у некой Анастасии К.
Адвокат Татьяна Ковалева продолжила представлять интересы теперь уже вдовы Маргариты.
Стратегия защиты
Как пояснила адвокат Ковалёва, изначально при подаче иска были заявлены требования о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки. Однако в ходе судебного разбирательства стало известно, что у квартиры уже несколько покупателей, одним из которых является несовершеннолетняя. Доказать недобросовестность приобретения квартиры и самих покупателей фактически сводилось к нулю. Поэтому были заявлены альтернативные требования — о взыскании убытков именно с поверенного лица в виде разницы между суммой, перечисленной доверителю, и рыночной стоимостью имущества. Поскольку требования альтернативные, первоначальное требование о признании договоров недействительными было сохранено: впоследствии адвокат указала, что если суд не согласится с позицией о недействительности сделки, следует взыскать убытки — именно разницу в сумме. Наличие альтернативных требований сделало позицию защиты устойчивее. Соответственно, акцент доказывания был смещён на недобросовестность поверенного лица.
Адвокат собрала доказательства недобросовестности знакомого — «поверенного»: «Действия так называемого «поверенного» являлись явным «злоупотреблением доверием» и «длительным обманом». Мы это доказали», — отметила адвокат.
Адвокат также грамотно отразила попытку ответчика применить срок исковой давности, доказав, что отсчёт времени начался только в январе 2024 года, когда Александр С. впервые увидел деньги на счету и понял масштаб обмана.
О том каким было решение суда – на сайте АПМО: https://apmo.ru/poslednie-novosti/?CODE=esli-nelzya-vernut-to-kak-vozmestit-effektivnaya-zashchita-imushchestvennykh-prav-istoriya-ot-advoka
*Имена и названия госучреждений и локаций изменены по просьбе доверителя
Уважаемые коллеги, сегодня в рубрике «Успех адвоката» представляем вашему вниманию интересное и даже поучительное дело от адвоката АПМО Татьяны Ковалевой.
Начало истории:
В декабре 2022 года Александр С. потерял сына. В наследство ему осталась «двушка» в одном из городов Московской области и внедорожник Toyota Land Cruiser Prado 2006 года. Оценка показала рыночную стоимость: квартира — почти 3,4 млн рублей, машина — 1,6 млн. Александр С. проживал в другом регионе, поэтому, чтобы оформить бумаги, с декабря 2022 года по июнь 2023 года он выдал генеральную доверенность на вступление в наследство и последующую продажу имущества своему знакомому из Подмосковья; они также документально зафиксировали условие, что продавать нужно строго по рыночной цене.
Как далее развивались события?
В январе 2024 года на счет Александра С. пришли 1,47 млн рублей. Таким образом, выходило, что квартира, стоившая 3,4 млн, ушла за 1,35 млн. Автомобиль Prado, оцененный в 1,6 млн, был продан за 120 тысяч рублей. Более того, выяснилось, что знакомый продал имущество еще летом 2023 года, но полгода скрывал это от Александра, присылая фиктивные отчеты об оценке и рассказывая о «невостребованности» объектов.
Александр С. пошел в полицию, но уголовное дело о мошенничестве возбуждать не стали. Тогда Александр подал гражданский иск. Однако в июле 2025 года он скоропостижно скончался, и дело продолжила его вдова, Маргарита С.
К тому моменту квартира уже принадлежала 15-летней девочке (дочери очередного покупателя), а машина через цепочку из пяти перекупщиков оказалась у некой Анастасии К.
Адвокат Татьяна Ковалева продолжила представлять интересы теперь уже вдовы Маргариты.
Стратегия защиты
Как пояснила адвокат Ковалёва, изначально при подаче иска были заявлены требования о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки. Однако в ходе судебного разбирательства стало известно, что у квартиры уже несколько покупателей, одним из которых является несовершеннолетняя. Доказать недобросовестность приобретения квартиры и самих покупателей фактически сводилось к нулю. Поэтому были заявлены альтернативные требования — о взыскании убытков именно с поверенного лица в виде разницы между суммой, перечисленной доверителю, и рыночной стоимостью имущества. Поскольку требования альтернативные, первоначальное требование о признании договоров недействительными было сохранено: впоследствии адвокат указала, что если суд не согласится с позицией о недействительности сделки, следует взыскать убытки — именно разницу в сумме. Наличие альтернативных требований сделало позицию защиты устойчивее. Соответственно, акцент доказывания был смещён на недобросовестность поверенного лица.
«Мы акцентировали внимание суда на том, что доверенность давала право продавать, но соглашение об оказании помощи фиксировало цену — «не ниже рыночной». Продажа автомобиля Prado за 7,5% от его стоимости — это не просто невыгодная сделка, это юридически «явный ущерб», — рассказала Татьяна Ковалева.
Адвокат собрала доказательства недобросовестности знакомого — «поверенного»: «Действия так называемого «поверенного» являлись явным «злоупотреблением доверием» и «длительным обманом». Мы это доказали», — отметила адвокат.
Адвокат также грамотно отразила попытку ответчика применить срок исковой давности, доказав, что отсчёт времени начался только в январе 2024 года, когда Александр С. впервые увидел деньги на счету и понял масштаб обмана.
О том каким было решение суда – на сайте АПМО: https://apmo.ru/poslednie-novosti/?CODE=esli-nelzya-vernut-to-kak-vozmestit-effektivnaya-zashchita-imushchestvennykh-prav-istoriya-ot-advoka
*Имена и названия госучреждений и локаций изменены по просьбе доверителя