— Пропишешь моего Стасика или съезжай из своей квартиры, — сказала свекровь. Вера молча набрала на телефоне номер

Вера достаёт телефон, но не плачет и не кричит. Она медленно фотографирует погрызенный диван, мокрый круг от банки на бабушкином секретере, пакет с её вещами под раковиной. Свекровь ухмыляется, Стас облизывает ложку с её икрой, а муж кладёт на тесто распечатки «про долю». Он уверен, что жена вот-вот сломается. Вера набирает номер и спокойно произносит одну фразу, после которой Глеб открывает рот и не может выдавить ни звука. Потому что речь идёт уже не о квартире, а о том, что он двадцать лет берёг больше всего на свете… (Читать рассказ)