Последняя смена

Часть вторая. Тьма

Сергей замер возле стола.
Несколько секунд он не слышал ничего, кроме дождя, барабанившего по маленькому окну. Затем где-то в глубине морга протяжно вздохнули трубы.
— Ну давай, — сказал Сергей. — Запускайся.
По словам Михаила Аркадьевича, аварийному генератору требовалась минута.
Сергей нащупал край стола, провёл ладонью по разбросанным вещам и нашёл телефон. Экран осветил его лицо тусклым голубоватым светом.
Сигнал сети отсутствовал.
— Разумеется.
Он включил фонарь на телефоне и посмотрел на часы.
Девять восемнадцать.
Прошла минута.
Потом ещё одна.
Свет не появился.
Сергей вспомнил о фонаре в сумке. Нашёл его, нажал кнопку, и комнату прорезал узкий белый луч.
На стене неподвижно висели четыре мёртвых монитора.
Красный индикатор внутреннего телефона не горел.
— Старое здание, старая проводка, старый генератор, — произнёс Сергей вслух. — Ничего удивительного.
Голос прозвучал глухо и неестественно гулко.
Он открыл дверь комнаты охраны и направил луч в коридор.
Свет выхватил зелёные стены, серый пол и длинную цепочку дверей. Дальняя часть коридора растворялась в темноте.
Никого.
Сергей прислушался.
Сначала ему показалось, что за шумом дождя слышатся шаги. Медленные, осторожные, будто кто-то шёл босиком по холодному полу.
Он задержал дыхание.
Шаг.
Пауза.
Ещё один.
Звук доносился из правого крыла, где находились секционный зал и холодильное отделение.
Сергей усмехнулся, хотя улыбка вышла натянутой.
— Трубы.
Шаги прекратились.
В ту же секунду где-то впереди раздался короткий металлический удар.
Сергей направил туда фонарь.
Коридор оставался пустым.
Он вернулся в комнату охраны, положил фонарь на стол и снял трубку городского телефона.
Тишина.
Ни гудка, ни треска.
Сергей несколько раз нажал на рычаг.
— Отлично.
Он достал мобильный и попробовал набрать номер Виктора Андреевича. На экране появилась надпись:
НЕТ СЕТИ
Сергей подошёл к окну и поднял телефон выше.
Одна полоска сигнала появилась, задержалась на секунду и исчезла.
— Идеальное место для ночной работы.
В глубине здания снова ударил металл.
На этот раз сильнее.
Будто захлопнулась тяжёлая дверца.
Сергей опустил телефон.
Перед глазами возникла толстая дверь холодильного отделения и шесть прямоугольных ячеек за ней.
— Холодильник включается, — сказал он.
Объяснение звучало вполне разумно.
Компрессор мог остановиться вместе с электричеством. Давление в трубах изменилось. Металл сжался от холода. Старые крепления дёрнуло.
Любой нормальный человек удовлетворился бы этим.
Сергей взял фонарь и снова вышел в коридор.
Он решил проверить щитовую и генератор. Не потому, что боялся темноты. Просто сидеть до утра без света, отопления и работающих камер было глупо.
Щитовая находилась возле служебного выхода.
Луч фонаря скользил по стенам. Временами в нём вспыхивали мокрые пятна, и Сергей каждый раз ловил себя на том, что принимает их за движение.
У двери архива он остановился.
На полу были следы.
Тёмные отпечатки обуви начинались возле стены и уходили вдоль коридора к холодильному отделению.
Сергей опустил фонарь ниже.
Следы выглядели свежими. Влажные края блестели.
Он поставил рядом собственную ногу.
Размер совпадал.
— Мои, — сказал Сергей.
Вероятно, он оставил их, когда вошёл с улицы. В темноте и сырости они просто стали заметнее.
Однако Сергей не помнил, чтобы проходил по этому участку коридора в мокрой обуви.
Во время осмотра он шёл здесь вместе с врачом, но дождь тогда ещё не успел промочить подошвы настолько сильно.
Сергей выпрямился.
— Не помнишь — не значит, что не было.
Следы тянулись дальше.
Он пошёл по ним.
Возле двери секционного зала отпечатки исчезали.
Сергей направил луч на ручку.
Дверь была закрыта.
Он потянул её на себя.
Не заперто.
Из помещения пахнуло холодом, хлором и застоявшейся водой.
Сергей осветил зал.
Металлические столы блеснули в темноте. У стены стояла мойка. Чёрный фартук висел на прежнем месте.
Дальняя дверь подсобки была закрыта.
Сергей сделал несколько шагов внутрь.
— Есть кто-нибудь?
Ответа не последовало.