В продолжение беседы об аварийных деревьях…

🪾 Парадоксально, но для местных администраций выплачивать ущерб по суду зачастую проще, чем системно работать с зеленым фондом.

Почему? Потому что если платят по решению суда – значит, никто лично не виноват. Так решил суд. Это снимает ответственность. А логика «авось пронесёт» здесь работает в полную силу: не каждое аварийное дерево упадет. Если упадёт – не обязательно на чьё-то имущество. Если на имущество – не факт, что будет иск. Если иск – не факт, что в пользу пострадавшего. Ну а если и будет решение – можно подавать апелляцию. Муниципалы не платят госпошлин и могут судиться почти бесконечно. А судом займутся юристы.

Выбирая между «работать системно сейчас» и «туманными последствиями потом» – выбирается «потом». Тем более, что к моменту последствий этот руководитель уже дважды сменит должность.

Вот и стоят деревья. С листочками на скотче.
Но здесь есть один нюанс, который чиновничья логика предпочитает не замечать.

⚠️ Все расчёты выше – про машины. Про имущество. Про страховые суммы. А что если дерево падает не на машину?

30 апреля 2024 года в Астрахани дерево упало на детскую площадку во дворе жилого дома. Там играла семилетняя девочка. Её не спасли.

Когда дерево падает на машину – это убытки и суд. Когда на ребёнка на площадке – это уже другие статьи и другие суммы. И никакая апелляция тут не поможет.

«Авось пронесёт» – это не просто чиновничья безответственность. Это рулетка, в которой ставки – чужие жизни. И платят по этим ставкам не чиновники.

🌐 Именно поэтому вопрос цифрового реестра – это не про экономию бюджета. Это про то, чьи дети играют во дворах рядом с деревьями, которых нет ни в каком реестре