Доброго денёчка 🌞

Сегодня на учебной платформе залан вопрос про маркетплейсы и я решила изучить эту тему ))).
Ozon, Wildberries, Яндекс Маркет. Зло или польза?
Давайте по-честному, без эмоций. Просто статистика. Потому что когда смотришь на цифры, картина перестаёт быть чёрно-белой.
Сначала — масштаб.
В 2025 году совокупные продажи трёх крупнейших маркетплейсов — Wildberries, Ozon и Яндекс Маркета — составили 8,59 трлн рублей. Это +32,2% за год. Доля Wildberries и Ozon в онлайн-торговле к концу 2026 года может достичь 77%. И это уже не «просто магазин». По данным Сбериндекса, доля покупок на маркетплейсах в общей структуре расходов россиян выросла до 19,5% только за первый квартал.
А теперь — самое интересное. Где эти покупки происходят?
Вот тут начинается самое важное. Число клиентов Ozon в малых городах и сёлах вдвое превышает столичный показатель. В 2025 году треть от почти 2,5 млрд заказов компания доставила именно в малые населённые пункты. Почти половина пунктов выдачи Ozon находится в городах и сёлах с населением до 50 тысяч человек.
И это не случайность. В небольших населённых пунктах доля заказов через маркетплейсы существенно выше, чем в крупных городах, и достигает половины общего объёма потребительских расходов на непродовольственные товары. Чем больше город — тем ниже доля онлайна. Всё наоборот по сравнению с тем, что мы привыкли думать.
Какую потребность мы на самом деле закрываем?
Вот здесь и кроется ответ на вопрос «зло или польза». Маркетплейсы в посёлках — это не про «лень дойти до магазина». Это про доступ.
В Сибири, на Дальнем Востоке и в малых городах маркетплейсы часто являются основным, а иногда и единственным каналом для покупки широкого набора товаров, которые просто не представлены в местных магазинах. Когда у людей нет большого ассортимента и крупных сетей офлайн, маркетплейс становится «сильной отдушиной»: там можно заказать то, чего раньше физически не было рядом.
44% покупателей маркетплейсов — это женщины из регионов. И ключевой драйвер выбора — экономия средств и ассортиментное разнообразие. Не «развлечение», а закрытие базовой потребности: купить нужное по нормальной цене, когда рядом этого нет.
Но есть и обратная сторона.
Число продавцов на Ozon и Wildberries в 2025 году впервые упало — с 1,28 млн до 1,26 млн. Комиссии площадок за 2023–2025 годы выросли на 58–63%, а логистика — на 33–89%. Селлеры жалуются на растущее давление, зависимость от алгоритмов и жёсткие условия. Малый бизнес получил витрину федерального уровня, но платит за это всё дороже.
А теперь — мой личный инсайт.
Я тоже через это прошла. Раньше маркетплейсы для меня были историей про доступность. Я покупала практически всё подряд, даже не фильтровала, не анализировала: нужно мне это или это минутная блажь. Сейчас понимаю, что у меня была незакрытая потребность, которая вылезла из детства. В моём случае это был дефицит — в товарах, которые мне не могла купить мама, и я сама не могла себе что-то позволить. Вот эта ненасытность была обусловлена именно тем поведением. Я закрывала вот эту внутреннюю «чёрную дыру потребителя». Сейчас я отношусь совершенно спокойно, подхожу к покупкам рационально и не сливаю весь свой денежный поток в эту бездонную дыру. Но это лично для меня. Я сделала такой вывод.
Так зло или польза?
Для покупателя из посёлка, у которого впервые появился доступ к нормальному ассортименту, — скорее польза. Для мелкого продавца, который задыхается от комиссий, — скорее зло. Для рынка в целом — это новая инфраструктура, которая уже стала частью повседневной жизни: каждый третий россиянин признаёт, что без маркетплейсов его расходы выросли бы, а ассортимент стал бы беднее.
Вопрос не в том, «хорошо это или плохо». Вопрос в том, для кого и при каких условиях. И статистика показывает: чем дальше от мегаполиса, тем больше ответ склоняется в сторону пользы.
А вы как думаете — маркетплейсы для тебя это про «удобно» или про «по-другому не купить»? Или, может, про что-то третье?