Однако в этом же письме Вы обосновываете неприменимость Приказа № 106 действием другого закона (цитата):

«В соответствии с частью 2 статьи 1 Закона об ответственном обращении с животными, его положения не применяются к отношениям в области охоты... Дополнительно... сообщаем, что основания для вывода о наличии противоречия между приказом № 106 и Законом об ответственном обращении с животными отсутствуют».

В чем здесь логическая ошибка:

Если Закон № 498-ФЗ не применяется к отношениям в области охоты (согласно ч. 2 ст. 1), то он не может служить правовым основанием для того, чтобы «вытеснить» Приказ № 106 из сферы охоты. Приказ № 106 издан на основании Закона об охоте (№ 209-ФЗ). Если Вы утверждаете, что Приказ № 106 не применяется к изъятию бродячих собак и кошек, то это должно вытекать из норм самого Закона об охоте или из текста Приказа № 106, а не из Закона № 498-ФЗ, который, по Вашему же утверждению, на охоту не распространяется.

Более того, Вы пишете: «основания для вывода о наличии противоречия... отсутствуют». Но как может отсутствовать противоречие между актами, если Вы сами заявляете, что один из них (№ 498-ФЗ) вообще не регулирует эти отношения, а другой (Приказ № 106) к ним не применяется?

В связи с изложенным, прошу Вас дать четкие и однозначные разъяснения по следующим вопросам:

1. О правовом основании:

На какую конкретную норму (статью, пункт) Федерального закона № 209-ФЗ «Об охоте...» или Приказа Минприроды № 106 от 17.03.2025 Вы ссылаетесь, утверждая, что Приказ № 106 не применяется к безнадзорным собакам и кошкам в охотничьих угодьях?

Если норма, на которую Вы ссылались в письме от 15.12.2025 (исх. № 29-50/23075-ОГ) как на доказательство того, что «вопрос законодательно урегулирован», не работает, прошу указать, какая норма работает.

Дополнительно: в письме от 19.08.2026 Вы указываете, что критерием применения Приказа № 106 является «влияние на сокращение численности охотничьих ресурсов». Прошу уточнить, на каком основании Вы вводите этот критерий, если в тексте самого Приказа № 106 (подпункт «а» пункта 2) речь идёт об «изъятии хищных животных» без указания на необходимость доказывания влияния в каждом конкретном случае?

2. О механизме защиты:

В письме от 14.07.2026 № 29-50/9908-ОГ Вы указали, что «вопросы организации и фактического проведения таких мероприятий... решаются юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями», а в письме от 19.08.2026 № 29-50/11466-ОГ отнесли решение этого вопроса к компетенции «Министерства природных ресурсов и лесного комплекса Красноярского края». При этом в п. 5 того же письма Вы указали: «основания для... направления [обращения в Министерство Красноярского края] отсутствовали».

Прошу разъяснить: какой именно федеральный или региональный правовой механизм позволяет охотнику или егерю законно реагировать на присутствие бродячих собак и кошек в охотничьих угодьях, если ни Приказ № 106 (по Вашему утверждению), ни Закон № 498-ФЗ (по Вашему утверждению) к этим отношениям не применяются?

3. Об оценке доводов (Лесной кодекс и Конвенция):

В моём открытом повторном обращении от 24.02.2026 я приводил ссылки на пункты h) и g) Статьи 8 Конвенции о биологическом разнообразии (обязанность государства уничтожать чужеродные инвазивные виды) и статью 60.8 Лесного кодекса РФ (уничтожение очагов вредных организмов). В своих ответах Вы не дали оценки нормам Конвенции, а статью 60.8 Лесного кодекса РФ отнесли исключительно к отношениям с растениями.
Прошу Вас ответить: применяются ли указанные нормы Конвенции (пункты h и g Статьи 8) к бродячим собакам в охотничьих угодьях, или Минприроды считает, что международные обязательства РФ в данной сфере не действуют?

продолжение 👇