Продолжая тему истории английского языка, нельзя не уделить особое внимание процессу analogy, который сыграл огромную роль в развитии языка.

Говоря совсем просто, analogy — это процесс, при котором языковые формы становятся более похожими друг на друга по образцу уже существующих моделей.

Классический пример — превращение сильного глагола (то есть неправильного) в слабый (regular).

Когда-то говорили:

help → holp → holpen
climb → clomb
laugh → leugh

Со временем победила гораздо более продуктивная модель с -ed:

help → helped
climb → climbed
laugh → laughed

Другой пример — существительное cow. Раньше его множественным числом было kine, но по аналогии с тысячами других существительных закрепилась форма cows, а kine постепенно исчезло.

Но лично мне ещё интереснее явление, которое часто называют folk etymology (народная этимология). Формально это отдельный процесс, хотя идея та же: носители языка стремятся сделать непонятное слово более понятным, связывая его со знакомыми словами.

Например, древнеанглийское wermōd со временем превратилось в wormwood. Исторически слово не имело отношения ни к worm («червь»), ни к wood («дерево»), но именно так его стали воспринимать носители языка.

Или asparagus. Для английского уха слово оказалось слишком чужим, и в разговорной речи его переделали в sparrow-grass — буквально «воробьиная трава». Конечно, никакой связи с воробьями у спаржи нет, но новая форма звучала гораздо привычнее.

Ещё один замечательный пример — cockroach. Английское слово произошло от испанского cucaracha («таракан»). Незнакомое звучание переосмыслили как сочетание знакомых английских слов cock и roach, и именно эта форма закрепилась в языке.

Такие примеры напоминают, что язык развивается не только по строгим грамматическим законам. Иногда решающую роль играет обычное человеческое желание сделать незнакомое знакомым. Именно поэтому история языка — это не только история звуков и правил, но и история того, как люди слышат, понимают и переосмысливают слова.