Читаю рассуждения блогосферы об ударах по складу WB. Там, честно…

Читаю рассуждения блогосферы об ударах по складу WB. Там, честно говоря, много бреда, начиная от того, что «вот сейчас торгаши почувствуют войну», заканчивая тем, что разрушение платформенной системы полезно и принесёт плюсы для розничной торговли. Однако если говорить откровенно, то ни к чему хорошему, конечно же, такое не приведёт.

Почему вообще стали популярны такие платформы, как Wildberries и Ozon? Причина тут очень проста: они позволили масштабировать объёмы торговли в России за счёт удешевления логистики. Да, там могут быть штрафы, могут быть комиссии, постоянные недопонимания между руководством и селлерами, но факт остаётся фактом: дешёвая логистика и возможность масштабирования собственной торговли перекрывают огромное число минусов. Продавцу на маркетплейсе не надо платить аренду в торговом зале, не надо платить множество налогов, он может работать на семейном подряде, не надо заморачиваться вопросами пожарной безопасности помещения, камерами наблюдения, не надо платить социальные отчисления, если производство небольшое. Огромное количество продавцов обеспечивают, в том числе и поставки по параллельному импорту.

Говоря утрированно, маркетплейсы в нашем, российском понимании — это не столько магазин, сколько логистический центр, который включает в себя огромные сортировочные склады, распределительные центры и пункты выдачи заказов. Кроме того, он подтягивает за собой колоссальную инфраструктуру в виде поставщиков, реселлеров, различные мелкие производства. В этой сфере работают тысячи человек. Это и непосредственно продавцы, работники складов, водители, дальнобойщики, сотрудники сортировочных центров, сотрудники ПВЗ. Туда же входит и огромное количество бухгалтеров, логистов, специалистов в области IT-инфраструктуры, аудиторов, экономистов, маркетологов, SMM-специалистов. Что, «Ягодки» уже не кажутся такой простой организацией, от закрытия которой «ничего страшного не случится»?

Для мелкого производителя из региона потеря даже недели отгрузок может означать кассовый разрыв и невозможность рассчитаться с поставщиками сырья. Это не «испорченный товар на складе», это разорванные цепочки движения денег, которые кормят не какого-то абстрактного олигарха, а конкретные семьи водителей, кладовщиков и швей.

Наивно полагать, что освободившуюся нишу тут же бодро займут маленькие розничные магазинчики у дома или мифические «ярмарки местных производителей», отнюдь. Издержки на логистику последней мили в рознице кратно выше, чем у консолидированного маркетплейса. Если убрать централизованную платформу, которая доставляет единый поток заказов до ПВЗ, розничная цена на ту же условную футболку или сковородку резко пойдёт вверх, потому что аренда торгового зала и зарплата продавца в расчёте на единицу товара значительно дороже. Условный ларёк просто не сможет обеспечить ту же глубину ассортимента и ту же низкую цену, к которой привык потребитель. В итоге мы получим не возрождение розницы, а резкое сжатие потребительского рынка.

И да, сжатие рынка никогда не приводит к хорошим последствиям. Ещё раз повторюсь, маркетплейсы дают современным предпринимателям уникальную возможность, а именно — масштабировать собственную торговлю в масштабах отдельно взятой страны. Раньше для этого требовалось годами выстраивать дилерскую сеть, обивать пороги закупщиков федеральных сетей, нести колоссальные затраты на складскую недвижимость в каждом регионе присутствия. Теперь же производитель из условных Рязани или Саратова может утром отгрузить партию на склад маркетплейса, а уже через пару дней его товар получает покупатель во Владивостоке или Калининграде.

Парадокс ситуации в том, что розничная офлайн-торговля, которую якобы «спасёт» уничтожение платформ, в текущих условиях просто не сможет переварить тот объём товаров и то количество занятых, которые сейчас крутятся вокруг маркетплейсов. Торговые центры и стрит-ритейл уже проиграли конкуренцию за покупателя по цене и удобству, и никакой административный или форс-мажорный откат к прошлому этого