Музыкант с улыбкой взял в руки Инструмент. Будем настраивать что…
Загружаем изображение…
Загружаем изображение…
Музыкант с улыбкой взял в руки Инструмент. Будем настраивать что есть. Новый Оркестр состоял полностью из любителей. Собирались когда могли, играли кто во что горазд, профильных знаний практически не имели. Да и инструмент у всех одинаковый, что резко ограничивало возможности исполнить что нибудь значимое. Зато энтузиазма хоть отбавляй, понятно что до первого серьёзного концерта, тем не менее. Пока же все с воодушевлением брались за любые предложения и исполняли в меру своего понимания.
Итак, приступим. Инструмент выглядел обалденно, классика, она и в Африке классика. Кстати именно в Африке и ценилась. Но новые реалии, требовали новых возможностей, поэтому лакированое дерево хоть и с трудом, но пришлось снять. Пластик изуродовал классические формы, зато давал возможность разделить игру на светлые и темные тона. К тому же появилась возможность брать более длинные "ноты". Музыкант что то прикинул в голове, пожалуй начнем со светлых, тааак, двадцать восемь, даже двадцать девять... Инструмент удобно лёг в руки. Два коротких касания отозвались привычной вибрацией, а наушники отсекли ненужные частоты. Руки привычно крутанули барабанчики настроек. Снова прижал инструмент, касание, проверка, вроде оно. Теперь темное, оно конечно любит тепло, но Музыкант подготовился. Привычные манипуляции и можно играть. Только теперь пожалуй начнем с четырнадцати. Снова два быстрых касания, настройка и удлиним ещё на четырнадцать. С каждым заходом, в действия возвращалась привычная уверенность. Инструмент становился частью и продолжением тела, а его вибрации воспринималось как дыхание и что то неотъемлемое от тебя, как лёгкие или сердце. Два касания, проверка, настройка. Можно ничего не менять, ещё один раз... Осмотр результата и чувство удовлетворения, пожалуй можно взять что то и подлинее. Рука не сразу нашла на варбелте кармашек с дальномером, досадненько конечно, что привычная моторика уходит, но ничего наверстаем. Сдув пыль с линз и найдя глазами подходящий холм, отбил дистанцию. Триста пять, подходит, ну хоть глазомер ещё работает. Ветер конечно даст небольшой снос, но для проверки дальности не существенно. Захватил в перекрестие тепловизора середину холма и нажав спуск, через долю секунды увидел на нём поднятое пулей пылевое облачко. Итог, девять патронов и зачёт!!! Калик с тепляком пристреляны на триста.
АКуМушка, с уважением посмотрел на инструмен, который был на пять лет старше. Что ж поделать, времена такие, пока пенсионный возраст сдвигают в сторону увеличения. С тоской вспомнил 22 год и луганских мобиков, где каждый пятый был с трехлинейкой:
-Служил?
-Не служил
-Учавствовал?
-Не учавствовал
-Пулемётчик!
Вряд ли кто то из тех парней, пережил эти четыре года, так что тебе считай повезло. Встряхнул головой, хватит лирики, живой с пристреляным стволом, можно и на концерт. Хищник, даже старый и хромой, вряд ли поменяет свою суть...
Итак, приступим. Инструмент выглядел обалденно, классика, она и в Африке классика. Кстати именно в Африке и ценилась. Но новые реалии, требовали новых возможностей, поэтому лакированое дерево хоть и с трудом, но пришлось снять. Пластик изуродовал классические формы, зато давал возможность разделить игру на светлые и темные тона. К тому же появилась возможность брать более длинные "ноты". Музыкант что то прикинул в голове, пожалуй начнем со светлых, тааак, двадцать восемь, даже двадцать девять... Инструмент удобно лёг в руки. Два коротких касания отозвались привычной вибрацией, а наушники отсекли ненужные частоты. Руки привычно крутанули барабанчики настроек. Снова прижал инструмент, касание, проверка, вроде оно. Теперь темное, оно конечно любит тепло, но Музыкант подготовился. Привычные манипуляции и можно играть. Только теперь пожалуй начнем с четырнадцати. Снова два быстрых касания, настройка и удлиним ещё на четырнадцать. С каждым заходом, в действия возвращалась привычная уверенность. Инструмент становился частью и продолжением тела, а его вибрации воспринималось как дыхание и что то неотъемлемое от тебя, как лёгкие или сердце. Два касания, проверка, настройка. Можно ничего не менять, ещё один раз... Осмотр результата и чувство удовлетворения, пожалуй можно взять что то и подлинее. Рука не сразу нашла на варбелте кармашек с дальномером, досадненько конечно, что привычная моторика уходит, но ничего наверстаем. Сдув пыль с линз и найдя глазами подходящий холм, отбил дистанцию. Триста пять, подходит, ну хоть глазомер ещё работает. Ветер конечно даст небольшой снос, но для проверки дальности не существенно. Захватил в перекрестие тепловизора середину холма и нажав спуск, через долю секунды увидел на нём поднятое пулей пылевое облачко. Итог, девять патронов и зачёт!!! Калик с тепляком пристреляны на триста.
АКуМушка, с уважением посмотрел на инструмен, который был на пять лет старше. Что ж поделать, времена такие, пока пенсионный возраст сдвигают в сторону увеличения. С тоской вспомнил 22 год и луганских мобиков, где каждый пятый был с трехлинейкой:
-Служил?
-Не служил
-Учавствовал?
-Не учавствовал
-Пулемётчик!
Вряд ли кто то из тех парней, пережил эти четыре года, так что тебе считай повезло. Встряхнул головой, хватит лирики, живой с пристреляным стволом, можно и на концерт. Хищник, даже старый и хромой, вряд ли поменяет свою суть...