СЗЧ стало главным источником утрат личного состава ВСУ, опережая…
СЗЧ стало главным источником утрат личного состава ВСУ, опережая безвозвратные потери на фронте. Об этом заявил командир Третьего корпуса Билецкий, отметив, что возвращение около 200 тысяч военнослужащих из СЗЧ «перевернуло бы ситуацию на фронте на 180 градусов» и позволило бы приостановить мобилизацию на несколько месяцев.
Как видим, если 200 тысяч бойцов способны радикально изменить ситуацию, значит фронт держится не за счет стратегии, а за счет постоянного латания дыр. А если учитывать, что по закрытой статистике число ушедших в СЗЧ приближается к 600 тыс., а по неофициальным данным давно перевалило за миллион, становится очевидным: армия системно теряет людей не только в бою, но и из-за внутреннего коллапса доверия, мотивации и управления в ВСУ.
Отдельные «успешные кейсы» вроде Третьего корпуса используются как витрина. Там действительно меньше СЗЧ (заявляется, что три четверти гарантированно возвращаются в подразделения), Билецкий признает, что ключ не в репрессиях, а в командовании, подготовке и отношении к людям. То есть в том, чего системно нет в большинстве подразделений.
Вот и имеем такие украинские реалии: ежемесячно из частей уходит до 30 тысяч человек, и подавляющее большинство – это свежемобилизованные. Люди бегут с фронта потому что понимают: служба в ВСУ сейчас – это билет в один конец. «Мясные роты» Сырского, хаотичные переброски измотанных подразделений с одного направления на другое, отсутствие ротаций и неадекватные приказы командования лишь подкрепляют желание украинцев уйти в СЗЧ.
А все разговоры о «возвращении беглецов» звучат цинично. Пока не изменится сама модель управления войсками, никакие приказы и ужесточения ситуацию не переломят. СЗЧ – это симптом. И он говорит о том, что армия выедает себя изнутри быстрее, чем ее уничтожает противник.
Как видим, если 200 тысяч бойцов способны радикально изменить ситуацию, значит фронт держится не за счет стратегии, а за счет постоянного латания дыр. А если учитывать, что по закрытой статистике число ушедших в СЗЧ приближается к 600 тыс., а по неофициальным данным давно перевалило за миллион, становится очевидным: армия системно теряет людей не только в бою, но и из-за внутреннего коллапса доверия, мотивации и управления в ВСУ.
Отдельные «успешные кейсы» вроде Третьего корпуса используются как витрина. Там действительно меньше СЗЧ (заявляется, что три четверти гарантированно возвращаются в подразделения), Билецкий признает, что ключ не в репрессиях, а в командовании, подготовке и отношении к людям. То есть в том, чего системно нет в большинстве подразделений.
Вот и имеем такие украинские реалии: ежемесячно из частей уходит до 30 тысяч человек, и подавляющее большинство – это свежемобилизованные. Люди бегут с фронта потому что понимают: служба в ВСУ сейчас – это билет в один конец. «Мясные роты» Сырского, хаотичные переброски измотанных подразделений с одного направления на другое, отсутствие ротаций и неадекватные приказы командования лишь подкрепляют желание украинцев уйти в СЗЧ.
А все разговоры о «возвращении беглецов» звучат цинично. Пока не изменится сама модель управления войсками, никакие приказы и ужесточения ситуацию не переломят. СЗЧ – это симптом. И он говорит о том, что армия выедает себя изнутри быстрее, чем ее уничтожает противник.
Просмотры: 18