Черепно-мозговая травма. Коммоция и контузия

▫️Может показаться странным, но в специальной литературе до сих пор продолжается, – то стихая, то вновь разгораясь, – дискуссия о том, что именно следует считать черепно-мозговой травмой (ЧМТ). И если, скажем, вдавленный перелом черепа с поражением мозговых тканей ни у кого подобных вопросов не вызывает, то какой диагноз поставить человеку, который зацепился головой за низкую притолоку и даже стесал при этом до крови кожу на темени? ЧМТ это или нет, если налицо удар, боль, искры из глаз и кровотечение? Сотрясение или контузия? А если спрыгнуть с высоты – происходит ли сотрясение мозга, если в отношении всего организма в целом оно очевидно?

Нет ничего странного в стремлении сделать медицину точной наукой, которая все свои термины определяет ясно и четко. В особенности если речь идет о травматизации органа, о котором, не слишком преувеличивая, можно сказать: человек – это центральная нервная система плюс несколько пудов вспомогательных тканей, органов, сенсоров и периферийных манипуляторов.

На вопросы о том, как работает головной мозг и как он «сбоит», чем отличается просто удар головой (или по голове) от сотрясения мозга, а сотрясение, в свою очередь, от контузии – врачам приходится отвечать постоянно. В объяснениях чаще всего используются технологические аналогии (которые правомерны далеко не всегда, если вообще правомерны): мол, если сложнейший компактный, но увесистый микропроцессорный гаджет уронить на бетонный пол или ударить молотком – устройство, может, и не сломается окончательно, но отключится, по экрану пройдет рябь, настройки собьются, работа станет непредсказуемой, а функции нестабильными. Понадобится перезагрузка, или перепрошивка, или еще более серьезный ремонт, – вскрыть и что-то подпаять обратно, а что-то, возможно, и заменить…

▪️Мозг крайне уязвим. Безусловно, он не беззащитен, – костный экзоскелет мозга эволюцией сработан на славу и благодаря заполнению ликвором обладает отличными демпферно-амортизирующими качествами (собственно, никакой другой орган не защищен так надежно), – но все-таки сам по себе головной мозг очень уязвим, а противоударная защита, скажем, авиационного «черного ящика» живой природе и не снилась.
Приведенные выше вопросы отнюдь не праздны, и имеют они не отвлеченно-теоретическое, а более чем конкретное клиническое значение; они сложны, – поскольку неописуемо сложна травмируемая система, – и однозначного ответа на них порой не может найти даже столь строгая в формулировках дисциплина, как судебно-медицинская экспертиза.

🔵Определения и различия

«Черепно-мозговая» (травма) потому и пишется в два слова через соединительный дефис, что подразумевает вредоносное механическое воздействие одновременно на кости черепа и головной мозг. Этому критерию формально не соответствует баротравма (чаще всего взрывная), при которой внешне наблюдаемых повреждений черепа может не быть вообще, тогда как мозговые нарушения оказываются пожизненными и весьма тяжелыми.

▫️И коммоция (сотрясение) и контузия (ушиб головного мозга) относятся к закрытым черепно-мозговым травмам, или ЗЧМТ.

Коммоция головного мозга в большинстве справочников и учебников определяется как диффузное, то есть рассеянное, распространенное, не имеющее конкретной локализации поражение, которое характеризуется очень короткой, в доли секунды, продолжительностью. Не вполне точное, в данном случае, слово «поражение» употребляется во избежание тавтологии; на самом деле речь идет, конечно, о резкой интенсивной механической встряске мозга, его сотрясении, – при ударах, падениях, ДТП, спортивных коллизиях и т.д. По сути, этиопатогенез травматизации может быть описан как очень быстрые инерционные силы, действующие на мозг внутри черепной коробки. При этом силы внешние могут быть настолько мощны, что вызовут трещину в одной из костей черепа, однако все равно будет диагностирована коммоция (а не контузия), если в клинической картине нет очаговых симптомов, ассоциируемых с локальным поражением какой-либо