«ИНОГДА Я ДУМАЮ: ЛУЧШЕ БЫ ОН ВООБЩЕ НЕ ЗВОНИЛ…»

Она никогда не произнесёт эти слова вслух.
Потому что хорошая мать, как ей кажется, не должна так думать.
Но каждый раз, когда на экране телефона появляется имя сына, у неё внутри всё сжимается.
Не от радости.
От страха.
Что на этот раз?
Опять нужны деньги? Он попал в неприятности? Его кто-то избил? Или сейчас начнёт кричать, обвинять, требовать?
А может, случилось что-то действительно страшное?
Она берёт трубку.
— Мам, привет. Ты чего так долго не отвечала?
— Да я на кухне была…
— Слушай, тут такое дело…
И она уже знает, что будет дальше.
Хотя сын ещё ничего не сказал.
САМОЕ СТРАШНОЕ — ОНА ПЕРЕСТАЛА РАДОВАТЬСЯ ЗВОНКАМ СОБСТВЕННОГО РЕБЁНКА.
Раньше ждала, когда позвонит.
Теперь иногда смотрит на телефон и надеется, что он перестанет звонить.
А потом ненавидит себя за эту мысль.
«Какая же я мать? Вдруг ему действительно плохо? Вдруг это последний звонок?»
И отвечает.
Даже ночью.
Даже когда болеет.
Даже когда сама едва держится.
Потому что где-то глубоко внутри живёт убеждение:
«Если я не отвечу, не помогу, не спасу — значит, я плохая мать».
Именно это убеждение заставляет её быть доступной круглосуточно, даже когда сил уже нет.
Но давайте зададим один неудобный вопрос.
КОГДА МАТЬ ПЕРЕСТАЛА БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ, КОТОРОМУ ТОЖЕ НУЖНА ПОМОЩЬ?
У неё ведь тоже есть здоровье.
Работа.
Сон.
Свои желания.
Право спокойно выпить чай, не вздрагивая от каждого уведомления.
Но постепенно всё это стало чем-то второстепенным.
Главное — чтобы с сыном ничего не случилось.
Она уже не планирует выходные, потому что неизвестно, что он опять натворит.
Не покупает себе необходимые вещи, потому что деньги могут понадобиться ему.
Не рассказывает подругам, как живёт, потому что стыдно.
И однажды ловит себя на мысли:
«А когда я вообще последний раз была счастлива?»
Не когда сын был трезвый.
Не когда он устроился на работу.
Не когда неделю не просил денег.
А когда была счастлива она сама?
И не может вспомнить.
Вот до чего иногда доходит жизнь семьи, в которой один человек употребляет.
Постепенно проблема одного становится центром существования всех остальных.
И здесь важно понять:
Постоянная тревога за сына не делает его безопаснее.
Бессонные ночи не защищают его от употребления.
А готовность отвечать на каждый звонок и решать любую проблему не даёт матери возможности управлять его решениями.
При этом игнорировать реальные угрозы жизни нельзя. Если сын говорит о самоубийстве, находится в опасном состоянии или ему требуется срочная медицинская помощь, к этому нужно относиться серьёзно и обращаться за экстренной помощью.
Но далеко не каждый звонок требует немедленно бросить всё и спасать.
Попробуйте изменить одну привычку.
Когда сын звонит с очередной проблемой, не спешите сразу предлагать решение.
Сначала выясните, что произошло.
Спросите:
«Тебе сейчас угрожает опасность или ты хочешь, чтобы я решила за тебя очередную проблему?»
Если непосредственной опасности нет, вы имеете право сказать:
«Я тебя услышала. Но сейчас я не могу этим заниматься. Давай поговорим завтра».
И выдержать его недовольство.
Не оправдываться часами.
Не доказывать, что вы любите.
Не обещать того, чего не хотите и не можете делать.
ПОТОМУ ЧТО МАТЕРИНСКАЯ ЛЮБОВЬ НЕ ДОЛЖНА ИЗМЕРЯТЬСЯ КОЛИЧЕСТВОМ БЕССОННЫХ НОЧЕЙ.
А теперь подумайте об одной вещи.
Возможно, вы уже много лет спрашиваете себя:
«Что ещё я должна сделать, чтобы он перестал употреблять?»
Но давно не задавали другой вопрос:
«Что мне нужно изменить, чтобы я сама перестала разрушаться?»
И этот вопрос не менее важен.
Вашему сыну может потребоваться длительное восстановление.
А вам — собственная поддержка, отдых, помощь специалиста и возможность снова почувствовать себя живым человеком.
Вы имеете на это право.
Даже если ваш сын пока не готов менять свою жизнь.

Восстановительный центр для наркозависимых и алкозависимых
Телефон для связи : +7 (922) 021-27-02