Почём мёртвые души?

Когда Килан Мискелл в этом году закрывал свой криптостартап, он не думал, что его данные чего-то стоят: пользователи анонимные, компании всего пара лет. Однако он выручил за код около $25 тысяч, а за архивы рабочих пространств в Google, Notion, Figma и Slack ждёт ещё примерно $15 тысяч.

Сделку провела SimpleClosure, одна из компаний, которые зарабатывают на умирающих стартапах. Закрытий становится больше: по оценкам Carta и AngelList, их число в последние годы росло на 26–56% в год. Вокруг этого выросла целая похоронная индустрия: коучи, «доулы смерти», юристы по ликвидации. А теперь у неё появился покупатель — AI-лаборатории.

Сюжет напоминает русскую классику. Помещики продавали Чичикову крестьян, которые числились только на бумаге. Основатели продают переписку команды, которой больше нет. Разница, правда, принципиальна: у Гоголя мёртвые души шли под залог, а тут на них учатся вполне рабочие AI-агенты.

SimpleClosure запустила платформу Asset Hub в апреле. Через неё прошло больше 150 сделок, а до конца 2026 года стартапам должно вернуться свыше $10 млн. По словам CEO Дори Йоны, ещё недавно такие сделки считались чем-то неприличным, а теперь код или данные продаются уже в 47% случаев. Конкурент Sunset оценивает «наследство» по численности команды, возрасту компании, объёму данных и тому, как сотрудники пользовались инструментами. Его основатель Брендан Махони сравнивает такие данные с опилками, из которых делают ДСП: все считали их мусором, а стоят они немало.

Спрос появился в прошлом году, когда лаборатории упёрлись в потолок публичных и синтетических данных. Surge AI, например, строит тренажёрные залы для обучения с подкреплением, где AI-агенты учатся чинить IT-инфраструктуру или... писать апелляции. Ник Хайнер из Surge AI ищет архивы со спорами и трудными решениями: хорошая история Slack одной компании может стоить дороже почты, календарей и Slack другой, вместе взятых. Выходит, ругань в рабочем чате — тоже актив, будем знать!

Ценообразование пока не очевидное: никто не доказал, что реальные данные намного лучше синтетических, поэтому покупатели называют совершенно разные цифры. Крупные сделки это не останавливает. В августе при банкротстве Spirit Airlines компания Google перебила ставку Mercor и за $10 млн забрала 100 млн писем, 500 млн сообщений в Teams и 176 тысяч записей о сотрудниках. А в сентябре Bloomberg сообщил, что AI-подразделение SpaceX присматривается к данным стартапов, которые идут ко дну.

Юридически всё зыбко. Профсоюз бортпроводников Spirit протестовал из-за нарушения приватности, а юрист Грег Юинг называет такие данные «юридически радиоактивными». Персональную информацию из архивов вычищают, но в почте и календарях всё равно остаются визиты к врачу, договорённости, кто забирает детей из школы, и планы на свидание. Федерального запрета на такие продажи в США при этом нет.

А деньги при этом уходят кредиторам и инвесторам, а не сотрудникам, которые «создавали» эти данные. Профессор права Университета Эмори Ифеома Аджунва, например, считает, что продавать данные работников без их явного согласия нельзя.

Так что и в этом всё как у Гоголя: платят владельцу крепостных работодателю, а сами души никто не спрашивает. Так что теперь души продолжают работать и после смерти стартапа.

@anti_agi