Сперва во мне проснутся сотни рыб

И мокрых чувств,
И парусников грусти,
Сперва мои духовные дворы
Накроет возникающее устье…

Потом - потоп.

И море без краев.

Вода, вода, но под водой - просторы.

Китовый стон, китовый страшный зов,
Китовое мучительное соло.

Там все - костьми, там все умерщвлено,
Там все темно и бесконечно живо.

И я до слез молюсь на это дно,
И я в бреду зову его любимым.

Там под водой - давление и гул,
Ложится Бог на тоненькие ребра
И выгибает их собой в дугу,
Такую обнаженную и теплую.

Я не могу.

Я мертвый водолаз,
Я капитан, свой флот отдавший буре,
Но океан - по-своему экстаз,
Предчувствие другой литературы.

Потом отлив.

Уход из тела волн.

И пустота на вдавленном диване,
Где я курю, когда проходит шторм
Океанических переживаний.

Аль Квотион