"Гхие - ажнабие", - снова со смехом произнесла сестра мужа.

Она - иностранка.

Мы приехали в старый квартал Бейрута покупать кофе с кардамоном.
Маленький закуток с гремящими кофемолками, и очередь из 10 человек на улице.
А напротив кофе-магазина сидят старики, прямо на земле. И в ногах их коврики. На ковриках: четки, камни, кинжалы, табакерки, трубки, снова чётки из янтаря и бирюзы. Чего только нет.
"Мумкин сура? Можно фото? "- показываю сестре на стариков-торговцев.
Она нервно тушит сигарету о стену дома. Харам - с сигаретой к старшим подходить.
" Гхие - ажнабие, мумкин сура, амоль мааруф! "- стрекочет сестра, рассказывая, как ее брат женился на иностранке, привез ее в Ливан, а ей все интересно, и она всё фотографирует.
Наша очередь за кофе подошла. Старики молчат. Сестра убегает молоть кофе и кардамон. Я смотрю на чётки из бирюзы.
" Ахля у сахля, ажнабия, - показывает мне рукой чудесный дед с серебристыми косичками в бороде. Можно фотографировать.
"Ана русие"- вскидываю свой фотоаппарат.
Каждый раз.
Каждое мгновенье.
Каждая усмешка.
Каждые стрелы из глаз Востока. Всегда. Ажнабия.
Но ведь она, сестра могла говорить " руссие".
Нет. Не могла.
Мы все для них иностранцы. Чужые. Чуждые. Не тешьте себя надеждами.
Я - русская. Говорить и чувствовать это только наш выбор.
Я русская. Да, иностранка.
Я - русская ажнабия. И в этом моё счастье и моя судьба



📖Купить книгу "Ажнабия. Записки иностранки" на OZON

☕️Заказать арабский кофе со специями от Ажнабии