ТАНГО ВТРОЁМ
Из женского туалета в торговом центре доносились надсадные всхлипы. Они звучали жутко, будто у человека за дверью кабинки случилось настоящее горе.
Серафима уже хотела уйти, чтобы оставить девушку в покое, не мешать. Иногда самое милосердное - просто закрыть за собой дверь.
Под потолком тревожно замигала лампа дневного света и в следующую секунду совсем погасла.
Плач в кабинке затих.
В зеркале мигнули две красные точки. Фима повернулась к отражению лицом. В полоске света, пробивающегося в щель между косяком и дверью, тускло поблескивали красные камни в старинных серьгах, доставшихся от прабабки.
«Накажи её», - прошептал кто-то в самое ухо, и девушка вздрогнула от внезапного звука.
Серафима могла поклясться, что видела в отражении у себя за спиной тень родового беса.
В ту же секунду внезапно сам собой заработал сенсорный кран.
Зашумела вода.
- Там кто-то есть? – прозвучал гнусавый голос из кабинки.
Вспыхнул свет.
Теперь Серафима уже не могла просто так уйти. Обязательства перед Силами связали её по рукам и ногам. Чтобы духи начали считаться с ней, чтобы иметь вес и своё мнение в их глазах, нужно было исполнить обещанное. Влезать в чужие дела, общаться с незнакомками в туалете – последнее, чем хотелось заняться Фиме сегодня. Но раз уж бес указал жертву, выбирать не приходилось.
- Извините, - сказала она. – Не хотела вас потревожить.
- Да ничего, просто думала, что я здесь одна.
В кабинке послышался звук отматываемой бумаги. Девушка сделала долгий вдох и трубно высморкала нос.
- Почему вы плачете? Вас кто-то обидел?
Девушка всхлипнула и открыла дверцу.
- Долгая история.
Она подошла к раковине и умыла лицо. Потёкшую от слёз тушь вытерла салфеткой.
Фиме показалось, что незнакомка моложе неё года на два и решила перейти на «ты».
- Я сегодня никуда не тороплюсь, а тебе, похоже, не помешает компания. Может, выпьем по кофе? Ты успокоишься, расскажешь, что случилось.
Девушка посмотрела на неё большими серыми глазами. Красная сетка капилляров от выплаканных слез расползлась по белкам.
«Вот гадство, - подумала Серафима, - она же выглядит прямо как оленёнок Бэмби. Что такого ужасного могла натворить эта девчонка, чтобы заслужить наказание Высших Сил?»
- Кофе бы сейчас не помешал, - ответила девушка. – Меня, кстати, Полина зовут.
- Серафима, - представилась ей ведьма.
***
В кафе за столиком Поля пила лавандовый раф и с жадностью кусала ванильный круассан – потраченная на слёзы энергия требовала восполнения.
- Так что за повод для слёз? – спросила Фима в очередной раз.
- Всё равно не поверишь.
- А ты попробуй.
Полина посмотрела на неё своими большими невинными глазами и сдалась.
- Есть один женатый мужчина…
- Беременна от него, и он тебя бросил? – выдала Фима раньше, чем подумала.
- Нет! Он любит меня! Он обещал уйти от жены, даже квартиру снял на первое время, пока они не развелись! Сказал, что поговорит с ней. И больше не звонил. Я пришла к нему в офис, а там эта гадина...
Серафима не перебивала. Хоть язык так и чесался высказать, что думает по поводу увода мужей из семьи.
Слишком хорошо она помнила, как отец собирал чемоданы. Фима тяжело переживала тогда разлуку с отцом, и теперь такие разговоры вызывали у неё неприятное чувство тошноты.
- Ему с ней плохо. Он похудел даже. Ты бы слышала, как она с Толиком разговаривает, какими словами его обзывает! – продолжала Поля. - Мы чуть не подрались. Нас охрана разнимала. Не понимаю, почему он до сих пор с ней.
- Из-за этого ты плакала? – спросила Фима.
Она с трудом могла представить, как эта Дюймовочка умудрилась подраться из-за мужчины.
Полина вздохнула, отломила кусочек круассана, изнутри показался вишнёвый джем.
- Мне Анна Валерьевна посоветовала одну бабку. Анна Валерьевна у нас экономистом работает и часто приходит к бухгалтерам чай пить. Они сплетничают про всякое. Я не подслушивала, просто они говорили громко, – оправдывалась Поля.
Фима кивнула, показывая этим, что слушает и не осуждает.
Из женского туалета в торговом центре доносились надсадные всхлипы. Они звучали жутко, будто у человека за дверью кабинки случилось настоящее горе.
Серафима уже хотела уйти, чтобы оставить девушку в покое, не мешать. Иногда самое милосердное - просто закрыть за собой дверь.
Под потолком тревожно замигала лампа дневного света и в следующую секунду совсем погасла.
Плач в кабинке затих.
В зеркале мигнули две красные точки. Фима повернулась к отражению лицом. В полоске света, пробивающегося в щель между косяком и дверью, тускло поблескивали красные камни в старинных серьгах, доставшихся от прабабки.
«Накажи её», - прошептал кто-то в самое ухо, и девушка вздрогнула от внезапного звука.
Серафима могла поклясться, что видела в отражении у себя за спиной тень родового беса.
В ту же секунду внезапно сам собой заработал сенсорный кран.
Зашумела вода.
- Там кто-то есть? – прозвучал гнусавый голос из кабинки.
Вспыхнул свет.
Теперь Серафима уже не могла просто так уйти. Обязательства перед Силами связали её по рукам и ногам. Чтобы духи начали считаться с ней, чтобы иметь вес и своё мнение в их глазах, нужно было исполнить обещанное. Влезать в чужие дела, общаться с незнакомками в туалете – последнее, чем хотелось заняться Фиме сегодня. Но раз уж бес указал жертву, выбирать не приходилось.
- Извините, - сказала она. – Не хотела вас потревожить.
- Да ничего, просто думала, что я здесь одна.
В кабинке послышался звук отматываемой бумаги. Девушка сделала долгий вдох и трубно высморкала нос.
- Почему вы плачете? Вас кто-то обидел?
Девушка всхлипнула и открыла дверцу.
- Долгая история.
Она подошла к раковине и умыла лицо. Потёкшую от слёз тушь вытерла салфеткой.
Фиме показалось, что незнакомка моложе неё года на два и решила перейти на «ты».
- Я сегодня никуда не тороплюсь, а тебе, похоже, не помешает компания. Может, выпьем по кофе? Ты успокоишься, расскажешь, что случилось.
Девушка посмотрела на неё большими серыми глазами. Красная сетка капилляров от выплаканных слез расползлась по белкам.
«Вот гадство, - подумала Серафима, - она же выглядит прямо как оленёнок Бэмби. Что такого ужасного могла натворить эта девчонка, чтобы заслужить наказание Высших Сил?»
- Кофе бы сейчас не помешал, - ответила девушка. – Меня, кстати, Полина зовут.
- Серафима, - представилась ей ведьма.
***
В кафе за столиком Поля пила лавандовый раф и с жадностью кусала ванильный круассан – потраченная на слёзы энергия требовала восполнения.
- Так что за повод для слёз? – спросила Фима в очередной раз.
- Всё равно не поверишь.
- А ты попробуй.
Полина посмотрела на неё своими большими невинными глазами и сдалась.
- Есть один женатый мужчина…
- Беременна от него, и он тебя бросил? – выдала Фима раньше, чем подумала.
- Нет! Он любит меня! Он обещал уйти от жены, даже квартиру снял на первое время, пока они не развелись! Сказал, что поговорит с ней. И больше не звонил. Я пришла к нему в офис, а там эта гадина...
Серафима не перебивала. Хоть язык так и чесался высказать, что думает по поводу увода мужей из семьи.
Слишком хорошо она помнила, как отец собирал чемоданы. Фима тяжело переживала тогда разлуку с отцом, и теперь такие разговоры вызывали у неё неприятное чувство тошноты.
- Ему с ней плохо. Он похудел даже. Ты бы слышала, как она с Толиком разговаривает, какими словами его обзывает! – продолжала Поля. - Мы чуть не подрались. Нас охрана разнимала. Не понимаю, почему он до сих пор с ней.
- Из-за этого ты плакала? – спросила Фима.
Она с трудом могла представить, как эта Дюймовочка умудрилась подраться из-за мужчины.
Полина вздохнула, отломила кусочек круассана, изнутри показался вишнёвый джем.
- Мне Анна Валерьевна посоветовала одну бабку. Анна Валерьевна у нас экономистом работает и часто приходит к бухгалтерам чай пить. Они сплетничают про всякое. Я не подслушивала, просто они говорили громко, – оправдывалась Поля.
Фима кивнула, показывая этим, что слушает и не осуждает.