Жуткий бьюти-тренд прошлого, от которого стынет кровь
Современные любительницы тюнинга могут сколько угодно жаловаться на синяки после гиалуроновой кислоты, но всё это детские сказки по сравнению с тем, через что проходили дамы на рубеже XIX и XX веков. Начиная с 1890 года в арсенале эстетической медицины появился метод, способный довести до инфаркта любого современного пластического хирурга — уколы жидким парафином.
Технология была до ужаса примитивна: врач растапливал парафин, загонял его под кожу обычным шприцем, а затем мозолистыми пальцами лепил из застывающей массы нужные объемы, будто ребенок — лепешки из пластилина. Исправляли всё: от уродливых дефектов носа до формы губ и груди. Счастье, правда, длилось недолго. Сила тяжести неумолимо тянула тяжелую субстанцию вниз, беспощадно искажая пропорции лица. Внутри запускалось хроническое воспаление, формировались фиброзные парафиномы, ткани буквально гнили заживо, а расплавленный парафин намертво закупоривал кровеносные сосуды. Хирургические попытки исправить этот кошмар были сродни удалению вросшей медузы: врачам приходилось либо вырезать всю пораженную область вместе со здоровыми тканями, либо обрекать несчастных на мучительную агонию от некроза и заражения.
Официальным пионером этого сомнительного метода вошел в историю австрийский хирург Роберт Герсуни. Правда, начинал он вовсе не с женских морщин: впервые он успешно вколол вазелин — ближайшего родственника парафина — в мошонку пациенту после удаления яичка, пытаясь восстановить естественную анатомическую форму. Идея быстро ушла в массы, но уже к 1930-м годам парафинопластика в Европе была полностью и окончательно запрещена, оставив потомкам содрогаться при виде архивных медицинских фотоснимков.
#УдивительныеИстории
Современные любительницы тюнинга могут сколько угодно жаловаться на синяки после гиалуроновой кислоты, но всё это детские сказки по сравнению с тем, через что проходили дамы на рубеже XIX и XX веков. Начиная с 1890 года в арсенале эстетической медицины появился метод, способный довести до инфаркта любого современного пластического хирурга — уколы жидким парафином.
Технология была до ужаса примитивна: врач растапливал парафин, загонял его под кожу обычным шприцем, а затем мозолистыми пальцами лепил из застывающей массы нужные объемы, будто ребенок — лепешки из пластилина. Исправляли всё: от уродливых дефектов носа до формы губ и груди. Счастье, правда, длилось недолго. Сила тяжести неумолимо тянула тяжелую субстанцию вниз, беспощадно искажая пропорции лица. Внутри запускалось хроническое воспаление, формировались фиброзные парафиномы, ткани буквально гнили заживо, а расплавленный парафин намертво закупоривал кровеносные сосуды. Хирургические попытки исправить этот кошмар были сродни удалению вросшей медузы: врачам приходилось либо вырезать всю пораженную область вместе со здоровыми тканями, либо обрекать несчастных на мучительную агонию от некроза и заражения.
Официальным пионером этого сомнительного метода вошел в историю австрийский хирург Роберт Герсуни. Правда, начинал он вовсе не с женских морщин: впервые он успешно вколол вазелин — ближайшего родственника парафина — в мошонку пациенту после удаления яичка, пытаясь восстановить естественную анатомическую форму. Идея быстро ушла в массы, но уже к 1930-м годам парафинопластика в Европе была полностью и окончательно запрещена, оставив потомкам содрогаться при виде архивных медицинских фотоснимков.
#УдивительныеИстории