Мне довелось принять участие и в «Русской весне» 2014-го. В качестве военного корреспондента снимать разбитую танковую колонну ВСУ, которая тогда выдвинулась из Мариуполя в сторону Новоазовска. Их сожгли ПТУРами прямо в степи, а наши съемки с коптера тогда облетели полмира и долгое время считались одними из лучших документальных материалов такого рода о событиях в Новороссии. Уже после начала СВО, когда коллеги-военкоры узнавали, что это были мы, жали руку и говорили: «Эпоха БПЛА началась уже тогда!»
Руку надо жать не мне, а оператору и режиссеру Евгению Афанасьеву, который с помощью по нынешним меркам древнего (а тогда сверхсовременного!) «Фантома-2» смог мастерски передать атмосферу пустой степи, в которой было разбито подразделение противника.
Когда мы снимали там, я попытался взобраться на остов танка, но сопровождавшие нас ополченцы меня остановили: «Они сгорели в этом танке, это их могила, не надо по ней ходить». Донецкие мужики с автоматами говорили так о тех, кто ехал их убивать.
Лично для меня этот короткий эпизод — яркое доказательство того, на чьей стороне правда в этом конфликте.